Статьи
 

© Канат Ускенбай,

к. и. н., заведующий отделом древней и средневековой истории Казахстана и сопредельных стран Института истории и этнологии им. Ч.Ч. Валиханова

К проблеме аутентичного наименования Казахского ханства (на примере Михман-наме-йи Бухара Фазлаллаха Ибн Рузбихана Исфахани)

 Оригинальная версия // "История Казахстана: итоги научных исследований и презентация проекта десятитомной "Отан тарихы" / "История Отечества". Материалы Международной научно-практической конференции, г. Алматы, 19 апреля 2012 г. Ответ. редактор д.и.н., проф. Х. М. Абжанов. – Алматы: Елтаным, 2012. – С. 183–187.

Проблема аутентичного наименования Казахского государства позднего средневековья XV–XVII вв. прежде не вычленялась в отдельную исследовательскую проблематику. Как показывает опыт татарстанских коллег [1], такая постановка может быть продуктивной как в вопросе установления названия государства, так и в выяснении государственного устройства, этносоциального состава, территориальных границ. Данная публикация обращает внимание исследователей на сведения в целом широко известного персоязычного сочинения "Михман-наме-йи Бухара" Ибн Рузбихана Исфахани о наименованиях Казахского государства – Казахского ханства. В контексте названия данной публикации сведения этого источника не привлекались.

Термин Казахское ханство, используемый в исследовательской литературе для обозначения Казахского государства позднего средневековья является условным, он принят современными авторами. По всей видимости, это словосочетание первым использовал Мухамеджан Тынышпаев еще в конце первой четверти прошлого века [2].

Для авторов средневековых исторических сочинений характерно использование различных терминов для обозначения Казахского ханства. Некоторые из них служили обозначениями и прежних политических образований на этой территории. В ряде источников владения казахских ханов именовали еще домонгольским этногеографическим термином Дашт-и Кыпчак или просто Дашт / Дешт (Кыпчакская степь). Этот термин широко использовался авторами мусульманских (арабских, персидских, тюркских) исторических сочинений в качестве обозначения всего Улуса Джучи (Золотой Орды) или его степных областей. Современная отечественная историография для обозначения степной части Казахстана применяет термин Восточный Дашт-и Кыпчак [3]. В советской литературе этот регион именовался восточной частью Дашт-и Кыпчака или восточной частью Улуса Джучи, иногда применялся династийно-политический термин Улус Орды (Орда – старший сын Джучи) или использовалось военно-административное районирование – левое крыло Улуса Джучи [4]. В литературе также распространено использование терминов Ак-Орда или Кок-Орда [5].

Ибн Рузбихан Исфахани многократно использует термин Дашт-и Кыпчак или сокращено Дашт / Дешт для обозначения владений узбекских и казахских ханов и султанов, а собственно казахских правителей именует "ханами Дашта" [6].

Вместе с тем, уже во второй половине XIV–XV вв., т.е. накануне образования Казахского ханства, в средневековых мусульманских исторических сочинениях появляется новое обозначение Восточного Дашт-и Кыпчака – Дийар-и Узбек (Узбекская страна или Узбекистан). В основе это наименования этнополитоним узбеки (узбекийан – узбекцы, узбековцы), который становится обобщающим для населения Восточного Дашт-и Кыпчака с 1350–1360-х гг. [7]. Примерно в это же время в соседних регионах появляются аналогичные этнополитонимы татары, ногаи, могулы. Все это явилось наглядным отражением происходивших в этом регионе центростремительных этнических процессов. Однако, дальнейшей эволюции этнополитонима узбеки в этноним в Восточном Дашт-и Кыпчаке препятствовали политические процессы, приведшие к обособлению части узбеков во главе с Кереем и Жанибеком и основанию ими в Жетысу в 1465/1466 г. Казахского ханства с одной стороны и переселении другой группы узбеков во главе с Мухаммадом Шайбани в Мавераннахр в самом начале XVI в.

Процесс разделения на новые этнополитические общности наглядно отражен в замечательном сообщении автора "Михман-наме-йи Бухара": "три племени относят к узбекам, кои суть славнейшие во владениях Чингиз-хана. Ныне одно [из них] – шибаниты и его ханское величество (Мухаммад Шайбани – К. У.) после ряда предков был и есть их повелитель. Второе племя – казахи, которые славны во всем мире  силою и неустрашимостью, и третье племя – мангыты, а [из] них цари астраханские" [7].

Постепенное усиление политической и военной мощи Казахского ханства привело к замене этнополитонима узбеки сначала на – узбек-казаки (узбак-и казак), а затем просто в этноним казахи (қазақ / казак). Ушедшие вместе с Мухаммадом Шайбани в Мавераннахр узбеки со временем растворились в местной оседло-земледельческой и городской среде, но закрепили свое название за новыми подданными; они сначала именовались узбек-шибанами (поскольку признавали власть Шибанидов), а впоследствии стали узбеками, дав свое имя народу и всей стране [8].

Ибн Рузбихан зафиксировал в своем сочинении период, когда этнонимия населения Восточного Дашт-и Кыпчака претерпевала изменения, и на смену термину узбек и его производным пришел термин казак, постепенно вытеснивший первое название из региона, где тот господствовал более столетия. Повествуя о взаимосвязи этих двух терминов, автор отразил не только увиденную им самим картину, но и, очевидно, представления той части узбеков, которая ушла из Дашта вместе с Мухаммадом Шайбани.

Ибн Рузбихан неоднократно именует Восточный Дашт-и Кыпчак Узбекской страной. В четырех местах своего сочинения он использует термин дийар-и узбек (™IkËA iBÍe [9]). Контекст сообщений подразумевает весь подвластный узбекам регион Дашт-и Кыпчака. В таком же значении им трижды использован термин мамлакат-и узбек. Причем, на одном листе автор использовал оба термина (дийар, мамлакат) с идентичным значением. Говоря о "переговорах, знаменательных днях и битвах" казахского хана Бурундука с Мухаммадом Шайбани Ибн Рузбихан для обозначения региона использует термин улус-и узбек. Встречается в его тексте еще один термин. Река Сырдария, которую узбеки и монголы именуют "рекой Сыр" "течет на расстоянии более трехсот фарсахов по Туркестану, среди зимовий узбеков, и теряется в конце страны узбеков (билад-и узбек) в песках, которые жители той страны называют Каракумы".

Следует отметить, что Ибн Рузбихан закончил свой труд за восемь месяцев в сентябре 1509 г., т.е. когда на всем пространстве Восточного Дашт-и Кыпчака безраздельно господствовали казахи. По словам Ибн Рузбихана "старшим ханом (казахов – К. У.) является Бурундук-хан, из потомков Узбека, часть которых называется казахами <…> в любое время, когда Бурундук-хан во все стороны улуса казахов посылал [приказ]: "Садитесь на коней для набега", то в тот же час являлись четыреста тысяч колчанов богатырей, каждый из которых равнялся десятерым молодецким воинам. Их средства и снаряжение были до такой степени обильны, что большая часть [казахов] называла Хатим Тая [13] своим нищим" [14]. Здесь Бурундук ошибочно назван потомком Узбека. Переводчик и издатель сочинения, известный востоковед Р. П. Джалилова полагает, что в данном отрывке имеется ввиду золотоордынский хан Узбек [15]. В тексте: аз оулад-и узбек – из потомков / потомства узбека, из узбековых потомков. Однако контекст этого сообщения и других аналогичных сообщений Ибн Рузбихана позволяет предположить, что речь все же идет об этнополитической общности узбеки, а не о хане Золотой Орды. Так Ибн Рузбихан в нескольких местах своего сочинения при упоминании казахов уточняет: "казахи являются одним из родов узбеков улуса Чингиз-хана" [16], "узбеки из рода казахов отбивались от войск узбеков-шибанитов" [17]. Очевидно, что и в приведенном выше выражении следует читать "Бурундук-хан из потомства (или: числа, рода) узбеков (было: потомков Узбека), часть которых называется казахами" (курсив в цитатах мой – К. У.). В этом также убеждает и то, что Узбек-хан, во-первых, не был предком казахских ханов и это шибанидским историкам было очень хорошо известно, во-вторых, имя Узбек-хана больше нигде в тексте "Михман наме-йи Бухара" не упоминается, и, в-третьих, здесь его имя упомянуто без титула. В персоязычных источниках Узбек в большинстве случаев пишется вместе с титулом ханУзбек-хан [18] или падишах (царь) – падишах-и Узбек [19]. Говоря о казахских ханах Ибн Рузбихан отмечал, что они  "происходят от потомков Ючи-хана, сына Чингиз-хана" [20], а "все казахи являются улусом Чингиз-хана" [21]. "Ючи-хана" [22] Ибн Рузбихан неоднократно упоминает в своем сочинении [23]. Отголоском подобной ошибки можно считать сообщение Хайдара Рази, автора сочинения начала XVII в. "Тарих-и Хайдари", где он назвал казахского Тахир-хана, сыном (песар) Узбек-хана [24]; здесь конечно же нужно видеть общность узбеков, а не Узбек-хана.

Конечно же, автор "Михман наме-йи Бухара" прекрасно знал, что Дашт-и Кыпчак полностью принадлежит уже не узбекам, а казахам, ставшим вполне самостоятельной и очень грозной силой в регионе. Об этом же говорит и частота упоминания термина казах и его производных, в том числе и при обозначении страны ими заселяемой. Она (частота) значительно превышает использование термина узбек в качестве обозначения Восточного Дашт-и Кыпчака.

Чаще всего для обозначения казахских владений Ибн Рузбихан использует термин билад-и казак. Привычное для него персидское слово белад (мн. от бäлäд – город, страна, область) в сочетании с этнонимом казах он применил в девятнадцати случаях, нередко он использовал его и самостоятельно. Затем по количеству упоминаний (одиннадцать случаев) следует термин улус-и казак. Данный термин в свою очередь характерен для кочевой тюрко-монгольской среды. Исследователи определяют улус как государство у номадов, "народ-государство", "особым образом организованный народ", "народ, данный во владение" [27]. Также часто (восемь раз) применяется термин дийар-и казак. Персидское слово дийар переводится как область, страна; также мн. от дар – дом, жилище. В тексте сочинения Ибн Рузбихана находим также пять случаев применения термина мамлакат-и казак. Мäмлäкäт – страна, государство, область, штат. Иногда автор существительное мäмлäкäт дает во мн. ч.: мäмалак-и казак.

Термин билад Ибн Рузбихан использует в нескольких значениях:

1 – небольшой населенный пункт (например, Сыгнак);

2 – крупный город (например, Сайрам, Ясы);

3 – область страны (например, Туркестан);

4 – страна (например, Казахская страна) [31].

При этом на одном листе рукописи могут встречаться несколько терминов для обозначения казахской (узбекской) страны [32] или одновременное использование одного термина (напр.: билад) для обозначения казахской страны и исторической области Туркестан [33]. В отдельных случаях Ибн Рузбихан область (владение) Сыгнака именует мамлакат-и Сыгнак (логичнее было бы назвать вилайиат), притом на одном листе своего сочинения он дважды говорит о мамлакат-и Сыгнак и здесь же владения казахских ханов именует в одном месте улус-и казак и в другом – дийар-и казак [34].

Приведенные примеры показывают с одной стороны непоследовательность этого, как и некоторых других восточных авторов в применении социально-политической терминологии, а с другой – по всей видимости, их недостаточное знание аутентичных наименований населения Туркестана и Дашт-и Кыпчка. Известный казахстанский востоковед К. А. Пищулина, рассматривая терминологию, использовавшуюся Ибн Рузбиханом и другими авторами восточных сочинений для обозначения городов, отмечала неоднократные примеры "неразборчивости в применении различных терминов к одним и тем же населенным пунктам" [35]. Это заключение можно отнести и на рассматриваемую здесь терминологию.

Вместе с тем, мы не можем отказаться от всех вариантов, предложенных Ибн Рузбиханом для обозначения Казахского ханства. Упрочение власти казахских ханов, выход на международную арену и как следствие всего этого расширение ареала использования термина казах должно было привести к установлению определенного названия. Полагаю, что самоназвание отражало приведенные автором "Михман наме-йи Бухара" примеры, но в соответствии с тюркской грамматикой. Например: Қазақ ұлысы, Қазақ мемлекеті; можно добавить также Қазақ елі как кальку терминов с персидскими словами дийар, билад. Примеры подобных наименований можно встретить в соседней Большой Орде (1438–1502 гг.), которая, как теперь установлено называлась Тахт эли (Тақ елі – Тронное владение), Тахт мемлекети (Тақ мемлекеті – Престольная держава), Тахт вилайети (Тақ уәлаяты – Престольная область) [36], добавлю Тахт улусы (Тақ ұлысы – "столечные улусы").

Источники и литература

1. Мустакимов И.А. Государственное устройство, территориальный состав и этносоциальная структура Джучиева Улуса XIII–XVI вв. Автореферат дисс. … к.и.н. Казань, 2012. 23 с.

2. Тынышпаев М. История казахского народа. Алматы, 1993. – С. 67, 108; Подр. см.: Атыгаев Н.А. Казахское ханство в XV – середине XVI века. – Дисс. … канд. ист. наук. – Алматы, 2003. – С. 151.

3. Пищулина К. А. Юго-Восточный Казахстан в середине ХIV – начале ХVI веков (вопросы политической и социально-экономической истории). – Алма-Ата, 1977. – 288 с.; История Казахской ССР (с древнейших времен до наших дней). В пяти томах. Т. II. – Алма-Ата, 1979. – 424 с.; История Казахстана (с древнейших времен до наших дней) в пяти томах. Т. 2. – Алматы, 1997. – 624 с.

4. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Том II. Извлечения из персидских сочинений, собранные В.Г. Тизенгаузеном и обработанные А.А. Ромаскевичем и С.Л. Волиным. – М.; Л., 1941. – С. 11–12; Семенов А.А. К вопросу о происхождении и составе узбеков Шейбани-хана // Материалы по истории таджиков и узбеков Средней Азии. Вып. I. Труды Института истории, археологии и этнографии АН ТаджССР. Т. XII. – Сталинабад, 1954. – С. 21; Федоров-Давыдов Г. А. Общественный строй Золотой Орды. – М., 1973. – С. 139–143; Егоров В.Л. Историческая география Золотой Орды в ХIII–ХIV вв. – М., 1985. – С. 65–66, 160–162.

5. Ускенбай К.З. Улусы первых Джучидов. Проблема терминов Ак-Орда и Кок-Орда // Тюркологический сборник / 2005: Россия и Великая Степь. – М., 2006. – С. 353–380.

6. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара (Записки бухарского гостя). Перевод, предисловие и примечания Р. П. Джалиловой. – М., 1976. (Серия "Памятники письменности Востока". XXVII). – С. 99, 100, 101, 117.

7. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 62.

8. История народов Узбекистана. Т. 2. От образования государства Шейбанидов до Великой Октябрьской социалистической революции. – Ташкент, 1947. – С. 22–23.

9. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Лл. 30а, 47а, 70а, 72а

10. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Лл. 22б, 70а, VIа.

11. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 100, л. 76б.

12. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 74, л. Iб.

13. Хатим-Тай – легендарный необычайно щедрый бедуин. См.: Ибрагимов С.К. "Михман-намеи Бухара" Рузбехана как источник по истории Казахстана XV–XVI вв. // Новые материалы по древней и средневековой истории Казахстана. Труды Института истории, археологии и этнографии АН КазССР. Т. VIII. 1960. – С. 144: прим. 17.

14. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 92–93.

15. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 176, прим. 80. Вот как этот же фрагмент переведен в сборнике С.Д. Асфендиярова и П.А. Кунте: "В настоящее время главным ханом у казаков состоит Бурундук-хан, родом из узбеков" (См.: Прошлое Казахстана в источниках и материалах / Под ред. проф. Асфенидиярова С.Д. и проф. Кунте П.А. – 2-е изд. – Алматы, 1997. – С. 132.

16. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 104.

17. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 123.

18. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. – С. 89, 91–93, 98, 100–101, 105, 129, 141, 146, 206, 207, 211, 213.

19. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. – С. 93, 102, 220.

20. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 61, 92.

21. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 62.

22. Йуджи-хан, Йучи-хан, Джучи-хан – старший сын Чингиз-хана, основатель династии Джучидов.

23. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – С. 61, 66, 89, 94, 104.

24. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. – С. 215, 274.

25. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Лл. 23б, 59б, 69б, 84а, 89б (2 раза), Vа, VIб (дар билад ва йурт-и казак), VIIIб (2 раза), 101а (3 раза), 103б, 104а, 105а, 107б, 110а, 119а.

26. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Лл. 69б, 73б, 83б, 85а (2 раза), 98а, 100а (а также 1 раз улус-и джаниш-султан казак), 107б, 109а, Vб];

27. Федоров-Давыдов Г. А. Общественный строй Золотой Орды. – С. 43–44; Кычанов Е.И. История приграничных с Китаем древних и средневековых государств (от гуннов до маньчжуров). – 2-е изд., испр. и доп. СПб., 2010. – С. 214–216.

28. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Лл. 69б (2 раза), 83а, 100б, 101а, 107б (2 раза), Vб.

29. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Лл. 61а, 120б, VIб, VIIа.

30. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Л. 22б

31. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Л. 101а; Пищулина К. А. Присырдарьинские города и их значение в истории казахских ханств в ХV–ХVІІ веках // Казахстан в ХV–ХVІІІ веках (Вопросы социально-политической истории). Сборник статей. – Алма-Ата, 1969. – С. 30–32.

32. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Лл. 69б, 70а, 101а, 107б, Vб, VIб.

33. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Лл. 32а, 105а, I, II.

34. Фазлаллах Ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара. – Лл. Vб, 110а.

35. Пищулина К. А. Присырдарьинские города и их значение в истории казахских ханств в ХV–ХVІІ веках. – С. 30–32.

36. Трепавлов В.В. Большая Орда – Тахт эли. Очерк истории. – Тула, 2010. – С. 9. 

27 августа 2012      Опубликовал: admin      Просмотров: 3149      

Другие статьи из этой рубрики

Атыгаев Н.А. Время образования Казахского ханства: некоторые аспекты проблемы в историографии и в источниках

Становление и развитие государственного суверенитета Казахстана актуализировали многие проблемы истории государствообразующего этноса – казахского народа. В новых условиях повышенный интерес у общественности и ученых-обществоведов вызвали вопросы, связанные с историей развития государственности на казахской земле, определением ее истоков и динамики развития. Одним из важных этапов эволюции государственности на территории Казахстана является период существования средневекового государства казахского этноса – Казахского ханства.

Н.А. Атыгаев О времени образования Казахского ханства (к 550-летию образования ханства)

Вопрос о времени возникновения Казахского ханства, первого в Центральной Азии национального государства, которое носило имя создавшего его этноса – казахов, является одним из самых дискуссионных проблем отечественной исторической науки. В казахстанской научной и научно-популярной литературе имеется множество работ, посвященных данной теме, хотя до начала 70-х годов ХХ века вопрос датировки образования ханства в качестве научной проблемы специально не поднимался. Его ставили "в один ряд с иными событиями политической истории казахского общества" [1, 54]. В этот период были опубликованы первые научные исследования, посвященные конкретно времени образования Казахского ханства. Автором первой такой специальной работы стал Т.И. Султанов. Затем, в 1977 году, данная проблема была рассмотрена в монографии К.А. Пищулиной. В последующие годы этот вопрос остался без внимания историков. Вновь проблема актуализировалась после обретения Казахстаном независимости. В 90-е годы XX века данный вопрос нашел отражение в работах казахстанских историков А. Хасенова, К. Акишева, Ж. Касымбаева, Б. Карибаева и др. Рассматривали в своих исторических изысканиях проблему датировки образования Казахского ханства известные писатели Казахстана М. Магауин и К. Салгарин. Следует также сказать о псевдонаучных, но растиражированных публикациях по данной теме кандидата технических наук К. Даниярова.

Э.Ш. Хуршудян. Путь к премудрости Востока: персидские рукописи в Казахстане

В этом году в Алматы вышла в свет книга "Каталог персидских рукописей" под редакцией известного казахстанского ученого, востоковеда-ираниста доктора Сафара Абдулло. Настоящее издание посвящено описанию рукописей на новоперсидском языке из фондов Нацио­нальной библиотеки Республики Казахстан. Основываясь на тщательном и высоко­профес­сиональном исследовании рукописных памятников из казахстанских собраний, доктор Сафар Абдулло своей работой внес неоценимый вклад в исследование персидской рукописной книги, тем самым, положив начало систематическому изучению персидских рукописей в Казахстане. Это явилось знаменательным событием в казахстанской научной и культурной жизни Казахстана.

А. Нурмагамбетов. О казахских этнонимах Адай и Шеркес

С незапамятных времен у казахов существовал устный способ передачи из поколения в поколение сведений о своем происхождении. Это родословная (шежре). Которая дошла и до наших дней. Подвергнутая значительным изменениям при устной передаче, она часто искажала действительное положение вещей. Ф. Энгельс писал: "...родословная рода уходила так далеко в глубь времен, что его члены не могли уже доказать действительно существовавшего между ними родства, кроме немногочисленных случаев, когда имелись более поздние общие предки" [1]. Это обязывает исследователя критически относиться к материалам родословной.
 
 
"Евразийский исторический сервер"
1999-2017 © Абдуманапов Рустам
Вопросы копирования материалов
письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте