1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116
 
Статьи
 



© А.К. Кушкумбаев
д.и.н., профессор Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилева
Научный центр гуманитарных исследований "Евразия"

К вопросу об осадном искусстве монгольской эпохи

оригинальная версия //  Қазақстан археологиясы мен этнологиясы: өткені, бүгіні және болашағы атты "VІІ Оразбаев оқулары" халықаралық ғылыми-тәжірибелік конференция материалдары / жауапты ред. А.Б. Қалыш. – Алматы: Қазақ университеті, 2015. - С.66-68

Также как и сам феномен "номадизма" (особый способ адаптации человека к окружающей среде, специфический социальный и политический строй, неповторимая духовная культура и т.д.), военное дело кочевников Евразии всегда являлась особой темой всемирной военной истории, т.к. оригинальный вклад кочевых народов в развитие военного искусства был несомненен и значителен. Как отмечает российский исследователь Р.П. Храпачевский "до монголов кочевники крайне редко захватывали защищенные города оседлых народов" и заслуга монголов заключается в том, что они при взятии укреплений действовали системно и поэтапно, и процесс овладения осадными технологиями занял у них где-то 10 лет (1205-1215 гг.). В соответствии с концепцией данного автора монгольское военное искусство взятия укрепленных пунктов противника прошло три основных этапа: тангутский (военные походы на государство Си Ся), чжурчжэньский (война с государством Цзинь), мусульманский (западные походы Чингис-хана против хорезмийской державы) [1, с. 210-212]. Тем самым, монголы на самых ранних периодах своих завоеваний скрупулезно и тщательно занимались подготовкой артиллерийских и инженерных частей для своих войск.

Сам Чингис-хан и его полководцы достаточно большое внимание уделяли различным способам взятия укреплений, городов, крепостей: полное блокирование населенного пункта, неожиданное нападение, непрерывные атаки осажденных, пролом стен, а также массовое использование военнопленных и гражданского населения при штурме и т.д.

О различных приемах взятия монголами укрепленных пунктов сообщают "Юань ши", Рашид ад-Дин, западные авторы, в частности, Плано Карпини оставил в одном из разделов своего труда подробное описание осадных приемов: "Укрепления они завоевывают следующим способом. Если встретится такая крепость, они окружают ее; мало того, иногда они так ограждают ее, что никто не может войти или выйти; при этом они весьма храбро сражаются орудиями и стрелами и ни на один день или на ночь не прекращают сражения, так что находящиеся на укреплениях не имеют отдыха; сами же Татары отдыхают, так как они разделяют войска, и одно сменяет в бою другое, так что они не очень утомляются. И если они не могут овладеть укреплением таким способом, то бросают на него греческий огонь; мало того, они обычно берут иногда жир людей, которых убивают, и выливают его в растопленном виде на дома; и везде, где огонь попадает на этот жир, он горит, так сказать, неугасимо; все же его можно погасить, как говорят, налив вина или пива; если же он упадет на тело, то может быть погашен трением ладони руки. А если они не одолевают таким способом и этот город или крепость имеет реку, то они преграждают ее или делают другое русло и, если можно, потопляют это укрепление. Если же это сделать нельзя, то они делают подкоп под укрепление и под землею входят в него в оружии. А когда они уже вошли, то одна часть бросает огонь, чтобы сжечь его, а другая часть борется с людьми того укрепления. Если же и так они не могут победить его, то ставят против него свой лагерь или укрепление, чтобы не видеть тягости от вражеских копий, и стоят против него долгое время, если войско, которое с ними борется, случайно не получит подмоги и не удалит их сило" [2, с. 47]. Очень редки случаи, когда города выдерживали яростный натиск монгольских войск и оставались нетронутыми завоевателями.

Из большого количества исторических источников по монгольским завоеваниям известно, что монголы при завоевании какой-либо страны первостепенное внимание уделяли захвату вражеских укреплений. Наглядным историческим примером может служить вторжение монголов на территорию хорезмийского государства 1219-1224 гг. Держава хорезм-шахов обладала одной из самых сильных – в военно-фортификационном отношении – систем укрепленных городов-крепостей на мусульманском Востоке, у нее на службе имелись хорошо подготовленные военно-инженерные кадры, весьма высокого уровня достигала как осадная, так и оборонительная, и надо сказать очень разнообразная и передовая военная техника для того времени. В этой связи вполне понятно, что высшее военно-политическое руководство Хорезма выбрала накануне монгольского нашествия пассивную стратегию обороны (ожидания), с упором на неприступность крепостных стен.

Очень яркие свидетельства хода монгольского завоевания Мавераннахра и других регионов государства хорезмшахов оставили Ибн аль-Асир, ан-Насави, Джузджани, Джувейни, Рашид ад-Дин и др. мусульманские историки. На основе этих сведений становится ясным, что монголы с самого начала конфликта полностью завладели стратегической инициативой войны и спланировали продуманный ход военных действий, который начался с осады пограничного Отрара. Монгольские военачальники до начала военных действий и в ходе походного движения войск обязательно проводили как стратегическую, так и тактическую разведку местности будущих сражений и походных марш-бросков, старались блокировать все возможные варианты подходов вражеских сил к осаждаемому городу, т.е. окружали его плотным кольцом со всех сторон стремясь полностью изолировать осажденных от внешнего мира.

Очень часто, тем самым, окруженный город находился в глубоком вражеском тылу наступающих войск. В источниках фактически нет сведений о том, чтобы противник пытался деблокировать штурмуемый монголами город или крепость. Имея четкий военный план и направление главных целей, монголы "снарядившись (в поход), двинулись в путь, направляясь в Мавераннехр, прибыли к Бухаре через 5 месяцев после прихода (туда) Харезмшаха, осадили ее и три дня вели против нее жестокий и непрерывный бой" – констатирует Ибн аль-Асир [3, с. 15]. Ожесточенный штурм с применением всех осадных технических средств иногда полностью деморализовывал неприятеля и вынуждал его к сдаче, что и произошло с Бухарой. После падения Бухары "вошел (наконец) сам Чингизхан, окружил цитадель и сделал в город воззвание, чтобы никто не оставался в нем, кто останется, тот будет убит. Явились все они (к нему) и он приказал им завалить (крепостной) ров. Они завалили его деревом, землею и другим; неверные стали брать даже амвоны, части Корана и бросать их в ров. Потом они повели приступ на цитадель, а в ней было около 400 всадников мусульманских, которые употребляли (все) свои усилия и защищали крепость 12 дней, избив множество неверных и городских жителей. Были, (правда), убиты и некоторые из них (осажденных), но они не переставали (биться) таким образом, до тех пор, пока не пододвинулись к ним ближе (неприятели), да не подошли к стене крепостной саперы и не подкопали ее. Загорелся тогда бой еще сильнее; мусульмане, (находившиеся) в ней, метали (в штурмовавших) все, что находили: камни и огонь и стрелы. Разгневался проклятый и вернул своих сподвижников в этот день, на следующий же двинул их опять с раннего утра. Упорствовали в бою, но уже утомились находившиеся в крепости, а (неприятелей) надвинулось и пришло на них столько, что нельзя было устоять против них. Победили их неверные и ворвались в цитадель. Бывшие в ней мусульмане бились с ними до тех пор, пока не были перебиты (все), до последнего" [3, с.15-16.].

При осаде крепостей обладающих непреступной оборонительной каменной стеной монгольское командование неоднократно прибегало к следующей тактической хитрости: в течение нескольких суток днем и ночью штурмовые отряды монголов, путем беспрерывных атак, сменяя друг друга, изнуряли осажденных, в ходе которых издавался "сильный грохот барабанов и гонгов", державших их в постоянном морально-психологическом стрессовом напряжении. Через несколько дней добившись желаемого результата - усталости и утомления защитников отборные подразделения монгольских "бахадуров" прообраз современных частей специального назначения через тайно сделанные подкопы скрытно врывались внутрь укрепления или на стены и участь крепости была предрешена [4, с. 507-508; 5, с. 95].

Одним из самых изощренных тактических приемов монголов, применяемый при захвате городов, заключался в ложном наступлении и отступлении передовых отрядов, чтобы выманить врага из укрепленных стен под удар заранее приготовленной засады. Это произошло при осаде Самарканда.

"Подойдя к Самарканду, они выслали вперед конницу, а пеших, пленных и обозы оставили позади себя, (поручив им) подвигаться мало-помалу, дабы стало страшнее сердцам мусульман. Когда жители города увидели сонмище их, они сочли его чрезвычайно великим. На второй день прибыли пленные, пешие и обозы, и при каждом десятке пленных (было) знамя. Жители города подумали, что все это рати боевые. Они (неприятели) окружили город, в котором было 50 000 харезмских ратников, жителей же городских столько, что и не сочтешь. Выступили против них (татар)смельчаки из жителей его (города), да люди крепкие и сильные, но не вышел с ними ни один из войска харезмского, вследствие того, что в сердцах их (поселился) страх пред этими проклятыми. Сразились с ними (эти) пешие вне города; Татары не переставали отступать, а жители городские преследовали их, надеясь одолеть их. Но неверные успели устроить им засаду, и, когда те зашли за засаду, выступили против них и стали между ними и между городом, а остальные (татары), которые первые завязали бой, вернулись, так что те очутились в средине (между ними). Поял их меч со всех сторон, и не уцелел ни один из них, а погибли (все) до последнего мучениками – да смилуется над ними Аллах; было их, как говорят, 70 000. Увидев это, оставшееся войско и народ пали духом и убедились в (неизбежности) гибели" [3, с. 16-17].

Иногда монголы, при стратегическом преследовании противника, имея основной своей задачей быстрое прохождение по вражеской территории, и, видя перед собой мощные оборонительные укрепления или стойкое сопротивление его жителей не задерживались перед ним, а удовлетворялись получением дани в виде скота, имущества, продовольствия двигались дальше. Вот поэтому, отмечают мусульманские историки, "у них (монголов) был такой обычай: подойдя к городу и увидев сопротивление с его стороны, они уходили от него. Пришли они к Тебризу. Владетель его отделался от них деньгами, одеждами и скотом; они ушли от него к городу Мераге и осадили его" [3 с. 21].

В ходе осады оборонительных укреплений населенных пунктов монголы, также как и другие народы Востока широко применяли осадные толпы – "хашар" (перс. асар) формировавшиеся за счет военнопленных, перебежчиков мирного гражданского населения, что позволяло прежде всего минимизировать собственные боевые потери. Их использовали в качестве разнорабочей силы: земляные работы – рытье подкопов, сооружение осадных валов, заваливание крепостных рвов, т.е. в качестве специфических вспомогательных технических средств. Кроме того, "было у них (монголов) (такое) обыкновение: сражаясь с городом, они ставили впереди тех пленных мусульман, которые находились при них, (заставляя их) наступать и драться, а если они (последние) возвращались, то убивали их. Таким образом, они (пленные) бились поневоле и были достойны жалости…" [3, с. 21]. Такой метод войны не был изобретением только монголов, так поступали и другие завоеватели.
Осадные средства монгольской армии состояли из "[колесниц, напоминающих]гусей", "куполов для штурма", "катапультных установок", средства огневого нападения "тэцухао" – разрывной снаряд округлой формы, заполненный внутри порохом, метался с помощью мощных катапультных установок, стенобитные орудия – тараны, "черепахи", камнеметы, стрелометы, аркбаллисты, осадное снаряжение – лестницы крюки, оборонительные щиты, а также военно-технические кадры и мобильные инженерно-саперные части.

Монголы не только сокрушили эффективную защитную систему мусульманских городов, но и заимствовали, и модернизировали, весь наработанный веками, практический опыт и осадную технологию своих противников доведя ее до совершенства. Поразительным в данном случае является то, что монголы оставаясь народом кочевников, сумели не только научиться использовать и применять осадное военное искусство оседло-земледельческих государств и цивилизаций, но и творчески дополнили и развили военные способы и приемы взятия оборонительных пунктов и тем самым доказали превосходство своей военной системы в период развитого средневековья. Только сейчас, в наше время, мы постепенно отходим от устоявшегося десятилетиями стереотипного взгляда на "отсталое прошлое" тюрко-монгольских народов, а между тем огромный исторический материал свидетельствует о том, что они в уровне развития военного дела были передовыми также как сейчас, некоторые современные страны, обладающие индустриально-инновационными технологиями и идеями.
_________________________________________
1. Храпачевский Р.П. Военная держава Чингисхана. – М., 2005.
2. Джиованни дель Плано Карпини. "История монгалов" // Путешествия в восточные страны Плано Карпини и Рубрука. – Алматы, 1993.
3. Золотая Орда в источниках. – Т. 1. (СМИЗО). Часть 1. Извлечения из сочинений арабских. – М., 2003.
4. Юань ши // Храпачевский Р.П. Военная держава Чингисхана. – М., 2005. – С. 432-525.
 5. Утемиш-хаджи. Чингиз-наме / Факсим., пер., транскр., текстолог. примеч., исслед. В.П. Юдина. – Алма-Ата, 1992.

Для тех, кто хочет получить современное образование в Европе и Америке — http://smapse.ru/catalog/country-3/. Подберем для вас варианты, предлагаем весь спектр образовательных предложений - начальное, среднее и высшее образование.

29 ноября 2017      Опубликовал: admin      Просмотров: 75      

Другие статьи из этой рубрики

Б.Д. Цыбенов. Даурские роды в XVII в.

В начале XVII в. дауры населяли обширную территорию от Еравнинских озер и верховьев Витима на западе до притока Амура в среднем течении – р. Буреи на востоке (ныне Бурейский район Амурской области); на севере доходили до устья притока Алдана – р. Амга (совр. Республика Саха-Якутия), на юге граница проходила по правому берегу Амура, в районе притоков – Кун и Букур (северная часть провинции Хэйлунцзян КНР). В Восточном Забайкалье, помимо эвенкийского окружения, с юго-запада, с даурами, возможно, поддерживали связи племена и объединения монгольского происхождения (табангуты, хори). Амур в верхнем течении на всем протяжении (около 900 км.) был естественной границей между даурами и этнотерриториальным объединением монголов – хорчинов, в состав которых входили кереиты, солонгуты и ряд других монгольских племен [21, c. 23]. Отдельные группы дауров, проживавшие на правом берегу Амура, находились с ними в непосредственных контактах. На юге и востоке даурские земли соприкасались с территорией маньчжурских племен, а северными соседями были эвенки-орочоны. Отметим, что дауры различали эвенков по хозяйственно-культурному типу: хонкор (онкор) – скотоводы и земледельцы и орчен – оленеводы. Первые проживали в соседстве с даурами, в некоторых местах наблюдается чересполосное расселение. В целом, тунгусо-маньчжурские элементы приняли немалое участие в формировании даурской народности. Об этом свидетельствуют данные материальной и духовной культуры, заимствования в языке. К тотемным культам, по всей вероятности, тунгусо-маньчжурских народов, относится почитание даурами медведя, как первопредка [пма, инф. И Сун]. Имеются сведения об эвенкийских родах, связанных с даурами кровными узами. Их называют "таараалеэ", производное от корня "таар", имеющего следующие значения: 1) "дети братьев матери"; 2) "дети сестер отца" [пма, инф. Э Жуйфу].

Ж. Сабитов Золотоордынский клан Бек-Суфи: история и вопросы генеалогии

История Золотоордынского клана Бек-суфи не являлась объектом пристального изучения: в основном дискутировалась генеалогия самого Бек-суфи. Первые статьи о Бек-Суфи появились в связи с обнаружением монет с его именем отчеканенных в Крыму в 822, 823,824 и 825 годах хиджры. Северова М.Б. в своей статье "Об имени золотоордынского хана на монетах Крыма 822 и 823 гг. хиджры (1419, 1420 гг. н.э.)" впервые отождествила монетного Бек-Суфи с Бек-суфи, сыном Бектута из Тука-Тимуридов. Северова подсчитала, что если считать, что Бек-Суфи сын Бектута сына Данишменда сына Баяна сына Тука-Тимура сына Джучи сына Чингисхана дожил до 823 года, то одно поколение в этом клане должно равняться 35 годам. Это предположение Северовой вызвало здоровую критику исследователей, которая все-таки не появилась в форме статьи.
 
 
"Центральноазиатский исторический сервер"
1999-2017 © Абдуманапов Рустам
письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте 

Вопросы копирования материалов